Сны об умерших в еврейской и славянской традициях.

загрузка...

Основной материал для этой статьи был собран нами в Подолии в 2005-2006 гг. Специфика нашего материала в том, что он записан в регионе, где контакты между евреями и славянами чрезвычайно интенсивны. Все это, разумеется, подсказывает сопоставительное направление работы.

Проблематике, связанной с темой снов и видений в народной культуре, посвящена обширная литература. В антропологическом и фольклористическом контексте сны и видения рассматривались западными и отечественными исследователями (см., например: Толстой 1994, с. 90 - 94, Небжеговска 1994; Лурье, Черешня 2000, с. 275 - 310; Сны и видения 2002). Однако еврейский материал, в отличие от славянского, как кажется, практически не привлекался фольклористами.

Здесь будет рассмотрен один из типов снов - сны об умерших. Этой теме была посвящена статья Ж. В. Корминой и С. А. Штыркова, в которой описана севернорусская традиция. Вообще такие сны обычно понимаются как способ контакта с умершими родственниками (Кормина, Штырков 2001, с. 212). Неоднократно отмечалось, что рассказывание снов, их обсуждение является обычной коммуникативной практикой, нормальной частью жизни социума. При этом предполагается, что увиденный сон рассказан и истолкован как сообщение (Кормина, Штырков 2001, с. 211).

Как указывает О'Нелл, одна из функций рассказывания сновидений - поддержание социального порядка (O' Nell1976, с. 56). Обычно выделяют несколько типов снов о контакте с умершим: сон-недовольство, сон-просьба, сон-сообщение о близкой смерти и сон-диалог. Следуя в целом приведенной классификации, мы попробуем более подробно остановиться на тех аспектах темы, которые связаны с сопоставлениями двух традиций, а также со спецификой локальной еврейской традиции.

В Балте от еврейских и славянских информантов нами неоднократно был записан рассказ об обычае раздавать булочки (или хлеб, конфеты и пр.), если во сне является покойный. Как правило, булочки раздают людям, встреченным на улице, и при этом сообщают «за кого» - то есть говорят имя покойного.

Соб.: А скажите, вот Вам не снились Ваш муж, Ваша мама умершая?

ПМ: Не снится? Снится! Снится! И кажется! Иногда даже и кричат, зовут.

Соб.: А вот Вы помните какие-то сны, может быть, они что-то рассказывают?

ПМ: Так она не помню, дак, когда они снятся, я ходила на базар, покупала булочки и раздавала.

Соб.: А так принято?

ПМ: Какой-то есть такой обычай, что если снится покойник, то он хочет кушать или пить, то надо купить и раздать.

Соб.: А кому раздать?

ПМ: Ну, любому там, ну, знакомому, я обычно раздавала знакомым, что я знала.

Соб.: А этот обычай Кто Вас научил?

ПМ: Я помню, что такое было. Тетя, я жила у тети, я помню, что она очень часто покупала и раздавала. Я спросила: «Что такое?» Она говорит: «Я раздаю за упокой души папы, мамы».

Соб.: «За упокой души»?

ПМ: Да, так говорят.

Соб.: А именно булочки?

ПМ: Необязательно булочки - конфеты, печенье. Все можно такое - лакомки.

Соб.: А это евреям или всем прохожим?

ПМ: Всем прохожим. (Балта, Bal_06_069, МПГ)

Соб.: Вот если снится умерший? Ну, как бы, если приснился, может быть, надо что-то делать?

АД: Да, да. Вот если приснился, то трэба даты за нэго якусь подать.

Соб.: Подать?

АД: Да, да, ну, взяты булочку, взяты конфет, печенье даты ему.

Соб.: А кому дать?

АД: Любому. Кому она захочет, или мама, или дочка, кому захочет, тому и дают. Мужчина - мужчине дают. (Балта, Balta_089, ДАК).

Все эти примеры относятся к тому типу снов, который связан с нарушением поминальной, а иногда погребальной, обрядности, - сны-недовольства, сны-просьбы (Кормина, Штырков 2001, с. 213). Следует отметить, что описание самой практики подобного поминания обычно занимает в рассказах информантов значительно большее место, чем пересказ содержания сна. Нередко собственно нарративов, в которых бы пересказывалось содержание сновидения, в наших интервью нет. При любом появлении покойного во сне (причем неважно, приходит ли умерший с просьбой, недовольством или нет) необходимо «отдать за него» что-либо, то есть это воспринимается как сигнал к совершению определенного обрядового действия. Если покойный является во сне, то это уже означает, что он чего-то «просит», «требует».

Такой же обычай был зафиксирован нами и в Тульчине. Несмотря на то, что рассказ об угощении «за покойного» был записан от еврейской информантки, обычай этот в Тульчине воспринимается исключительно как славянский:

Соб. А бывает так, что умершие родственники или знакомые снятся, что надо делать?

РШ: У русских говорят, надо дать что-то бедному и не будет сниться. Я вам расскажу свой пример, я в те годы работала медсестрой, естественно, в терапевтическом отделении ежедневно умирали люди. Один товарищ, один мужчина, я была беременна тогда, я не имела покоя, я не могла ни одной ночи спокойно спать. Я обратилась к его жене, я говорю: «Укажите мне, что робить, я уже не може». И она мне посоветовала, что бы я дала булочки, хлеба, то, то, то. И от меня отстало. Тот человек, чья душа не давала мне покоя.

Соб. А Вы знаете, что это был за человек?

РШ: Конечно, я же его знала.

Соб. Который умер у вас в больнице?

РШ: да, я его знала, я же тульчинкая, и он тульчинский, в Тульчине все друг друга знают.

Соб. Он украинец?

РШ: Украинец (Тульчин, ПФ - 18, ШРГ)

В ответ на вопрос собирателя об умерших родственниках информантка - Рита Гениховна Швейбыш - рассказывает о пациенте, который умер в больнице, где она работала. В этом рассказе есть несколько любопытных деталей. Р. Г. Швейбыш подчеркивает, что такой обычай распространен у русских. Собственно, здесь неважно, русский это обычай или украинский, главное для информантки то, что это не еврейская практика. Она действует согласно «чужой» традиции; соблюдает правила, которых придерживается та этноконфессиональная группа, к которой принадлежит умерший. Причем, в отличие от балтских информантов, для Р. Г. Швейбыш этот обычай не является устойчивой и хорошо знакомой, «своей» практикой.

Как известно, для еврейской традиции не характерны такие формы поминальной обрядности, как поминальная трапеза, евреи не приносят и не оставляют на могиле еду для своих покойников и т. п. (об этом см., например: Белова 2005, с. 201-204). В то время как в славянской традиции все это является обязательными элементами погребально-поминальнального обряда (см., например: Седакова 2004).

В связи с этим можно предположить, что существует некоторое соответствие между практиками поминания покойных и сюжетами снов об умерших.

Один из устойчивых мотивов рассказов о сновидениях в славянской традиции - просьба покойного о том, чтобы его накормили. Родственники покойного в качестве своеобразного «ответа» на эту просьбу либо устраивают поминальный обед дома, либо относят еду на могилу, либо раздают ее.

ЕБ: Вот, свекрова-то тогда у меня померла, и я ей поминала: до сорока дней всё носят, милостинку надо. И я, вот тут старушка жила - зимовочка была - и я ей носила. Прихожу с фермы - когда олашек [оладушек] испеку, когда вот так... всё белово. Каждый день до сороковово дня.

Мне и снится: у меня были испечены житники - не из белово, с черной мукой. И говорит: "Лизавета, я так белово хлеба наелась, накорми-ко меня житником". Я утром с фермы пришла, отрезала полжитника этово, на сковородке печен, дак молока банку принесла к этой бабусе. - Ой, пошто! [бабуся отказывается] Нет, - я говоу, - баба Паша, бери, мене приснилася бабушка своя, свекрова просит житника. Так уж одново житника есть не будёт, будёт с молоком, - она любила молоко. И всё: больше и отстала, снится не снивалась. А тут-то она выпросила у меня: говорит, накормила бы житником. (КА, Кречетово-96, БЕА)

Любопытно, что в материале, записанном нами от еврейских информантов, этот мотив (просьба покойного накормить) не встречается. Вполне возможно, что отсутствие подобных сюжетов соответствует отсутствию таких элементов, как поминальная трапеза, в погребально-поминальной обрядности евреев.

По-видимому, исключение представляет один пример, который нам удалось записать в Балте от еврейской и, затем, от русской информантки. История, о которой идет речь, широко известна среди горожан. Главный герой этой истории - учительница одной из балтских школ, муж которой умер несколько лет назад в местной больнице. Своим коллегам по работе она рассказала, что муж явился ей во сне и попросил угостить врачей, которые ухаживали за ним во время болезни. По совету знакомых и коллег, после того, как ей приснился этот сон, она устроила обед для врачей в городской больнице.

В беседе одна из ее русских коллег рассказала нам об этом случае:

Соб.: А вот умершие не снятся? Ну, умершие родители?

КЦ: Нет. Вы знаете, говорят вообще так, что вот, если по закону все сделал, да, похоронил так, как нужно, вот, то редко когда приснится с какими-то там, допустим, требованиями. А если что-то ты не сделал так, то обязательно через время приснится и нужно обязательно сделать что-то и вот, вот Елене Васильевне, еврейка, кстати, она живет это Мясковская, она живет в центре города рядом с нашей школой. У нее недавно умер муж.

Соб.: Это Ваша коллега или нет?

КЦ: Это она рассказывала просто нашим коллегам, и рассказывали в школе, значит. Что-то она, что же она не положила туда? Нет, не положила, а он перед смертью, он лежал в первой больнице. Вот. И она все, обед она сделала, все, ну, все похоронила так, как по еврейским законам было нужно. [1] Но, значит, снится через время, говорит. Он приснился ей и говорит, значит: «Боже мой, ты все сделала так, но почему ж ты, - говорит, - ты не отблагодарила, не покормила врачей, - говорит, - которые боролись за меня и спасали меня?» И вот она через день с подругой поехали, закупили все, приготовили и поехали в эту больницу и всех накормили (Балта, Bal_126, ЦКП, ЛФ).

Ту же историю рассказала нам и еврейская информантка:

Соб.: А вот если что-то забыли положить и покойник снится?

РБ: Если снится, в таком случае, если снится, надо пойти на кладбище и то, что он сказал, что надо положить к могилке, так, чтобы никто не забрал. Вот, вот эта Мясковская - дом двухэтажный, вот я знаю, через две недели, через три недели, где-то там не долго, не долго, приснился муж. Приснился и сказал ей, что э-э: «Вы меня очень красиво провели. Но ты забыла, забыла, что меня спасали в больнице. Угости людей». Она мне, а мы с ней каждый день перезваниваемся и часами беседуем, да и она, не знаю, и она мне позвонила: «Что делать? Что делать?» Я говорю: «Генечка, что делать? Собирайте пару сумок и везите туда».

И она много наготовили, и она там со своей, в общем, там с одной учительницей, она была учительницей, позвонила, спросила, когда можно приехать, они приехала. И там в столовой все разложила, позвали медработников. Всех угостили, угостили.

Соб.: И больше он ей не снился?

РБ: Да, и больше он ей не снился. (Балта, Balta_054, БРС).

Все эти примеры (об обеде, устроенном в больнице, и распространенный в Балте среди евреев и среди славян обычай раздавать булочки «за покойного») показывают, что для балтской локальной традиции, по-видимому, не характерно жесткое разделение поминальных практик в зависимости от этноконфессиональной принадлежности. В то время как локальная традиция Тульчина, например, представляет совершенно другой вариант: поминальные практики евреев и славян отчетливо различаются.

К этой же группе снов можно отнести и рассказ, записанный в Тульчине: бабушка нашего информанта увидела во сне умершего знакомого, который попросил поставить ему памятник, потому что в его могиле сыро.

Этот сюжет, в принципе широко распространенный, например, в славянской традиции, от еврейских информантов был записан нами лишь однажды. Однако функционально, как нам кажется, он относится к тому же типу (сон-недовольство, сон-просьба), что и предыдущие примеры.

Еще одна группа снов об умерших - по-видимому, специфическая для еврейской традиции, - сны, связанные с имянаречением. Рассказывание таких снов, прежде всего, выполняет функцию социального контроля, направленного на соблюдение обычаев (O 'Nell 1976, с. 56).

Обычный для такого сна сюжет следующий: кто-то умерших родственников или знакомых приходит во сне и просит, чтобы его именем (или вообще именем кого-то из умерших) назвали ребенка, который недавно родился в семье:

ЗМ: Да. Вот у меня у сына дочка родилась. Ну и они себе как сейчас выдумывают, не называют именем умерших, а выдумывают имя. Ну, они спорили между собой, как назвать ее. Ко мне я спала и женщина совсем чужая. Ну как чужая - ее дочка была мне подружка. И она умерла в Израиле. Она пришла вроде и говорит: Ай! Пускай они не спорят, что не все равно! Пускай называют Марье. Она Марье звалась. В честь нее. Ну и они Марина назвали девочку.

Соб.: А она вам говорила во сне по-русски или по-еврейски?

ЗМ: По-еврейски.

Соб.: А как она сказала?

ЗМ: Она сказала, что: Ay! Lozn zey nisht sporen? Lozn gibn a numen Marie. Все. Вот и они записали Марина. Вот а в синагоге ее, когда муж шел туда, дать угощение, так ее там же до Тойре вызвали Марье.

Соб.: Как будет - Марья, Маша, Мирьям, как по-еврейски?

ЗМ: По-еврейски, Марье. Ведь это еврейское имя. (Хотин, ЗУМ)

Этот сюжет связан с кругом представлений об имянаречении, которые в еврейской традиции исключительно важны. Обычно новорожденных в еврейских семьях называют именем умерших родственников. Часто родственники со стороны матери и со стороны отца ребенка хотят назвать новорожденного именем «своего» покойного для того, чтобы «передать имя». Рассказ о таком сне может быть аргументом при выборе имени, особенно если в семье возникают споры на эту тему.[2]

В наших материалах есть несколько примеров снов такого типа:

Соб. А бывает так, что родился ребенок, и снится кто-то из покойной родни и просит, чтобы назвали? Не слышали такого?

ИШ: Слышал, слышал. Говорят, что во! Чтобы дали имя, дак придумывали это: мне снился сон, что пришли и просили дать имя такое. Потому что у евреев имя имеет большое значение.

Соб. А не было конфликтов, что одна сторона говорит, что я хочу, чтобы по моим родственникам

ИШ: Ну, как не было? Обязательно были. Были даже ссоры, вот поэтому, я говорю, давали даже двойные имена (Тульчин, ПФ - 18, ШИП).

Отметим, что в этом случае рассказ о сне оформлен как типичная «disbelief story». Сон о приходе умершего, по мнению информанта, выдуман только для того, чтобы назвать ребенка в честь «своего» умершего, рассказ о таком сне - своего рода «нечестный аргумент» в споре.

Вся эта группа снов, так или иначе, связана с загробным существованием умершего. Покойник приходит во сне для того, чтобы попросить живых или спровоцировать такие действия со стороны живых, которые обеспечат порядок в загробном мире. Это касается и определения участи умершего в целом (как в случае с имянаречением, от которого зависит «место» души на «том свете»), и более частных вещей (например, когда покойный, явившийся во сне, просит вещи, которые забыли положить в гроб во время похорон).

Другая часть рассказов о сновидениях относится к тому типу, который называется «сон-сообщение». В отличие от предыдущих сюжетов, здесь покойный сообщает живым родственникам те сведения, которые имеют отношение непосредственно к миру живых, а не к «тому свету» - как правило, он предупреждает о близкой смерти кого-то из родственников или о несчастье.

ПР: Иногда, понимаете, сплю, снится сон - и не помню, а есть сны - что по сегодняшний день. Девчонкой была Мне снился сон, моя мама, папа еще не женился на второй.

Соб. Но мама уже?

ПР: Мама умерла в двадцать девятом году, а я в Одессе училась в мукомольном, в общежитии мы жили, перед летними экзаменами. А у нас папа имел племянника, а его убили, а осталась жена и двое детей, в Одессе они жили. Я училась там, папа приезжал, так он заезжал к племяннице, и она поехала в Балту - здесь всегда дешевле, чем в Одессе. Обычно едут на базарные дни, покупали курей тут, яички, масло, творог, все они покупали тут. Многие ездили покупать. Она мне говорит, как-то говорит, я ходила к ней, потому что за родственников, родственники: «Я поеду в Балту, я поеду к вам туда». Ну, езжай. Папа часто приезжал к ним, даже помогал. Ну, в общем она уехала. А мне ночью сниться моя мать, что сидит возле меня в кровати.

Я: Мама, что ты плачешь?

Она: Как мне не плакать? Папа жениться на Ривке.

(Ривке, Ривка, ее звали Ривка).

- Тебе и Менделю, - меньший брат у меня Мендель, - тебе и Менделю плохо будет!

Я говорю:

- Папа не жениться никогда. Он преданный, нас осталось двое.

И что вы думаете? Сколько там, неделя там прошла, она должна приехать, а папа всегда, если он сам не ездил, передавал мне что-то из продуктов, он любил мне посылать, масло перетопит с медом, бутылку такую литровую. То творог, то масло.

Я говорю подруге:

- Оксана, пойдем, наверное, моя родственница приехала, папа что-то прислал.

Мы пришли, а она:

- Хорошо, садитесь, обедаем. Когда у тебя уже кончается учеба?

Я говорю:

- Ну, там через неделю или через две, - не помню сколько там.

- Ну, мы уже поедем вместе, знаешь, мы с папой расписались.

Мама сказала мне правду». (Балта, Balta_062, ПРЗ)

Здесь покойник выступает в качестве «курьера», доставляющего живым информацию, которая в их мире недоступна (Кормина, Штырков 2003, с. 213).

В некоторых случаях само появление покойного во сне воспринимается как предвестие несчастья или смерти кого-то из близких:

КК: Примерно, вот я вам скажу, как у меня было. Вот недавно. Зимой моя мать сильно заболела: «Вот мне снится мой покойный дядя, он ко мне приходит». И, значит, он мою маму мучает, понимаете, он, значит, как раз ходит ночью. Она у меня парализована 5 лет. И она с ним разговаривает ночью - значит, он к ней ходит. Он ее заберет, мою мать! А я не хочу, чтобы он забрал мою мать. Это моя мать, и как бы она ни парализована, я хочу, чтобы она была со мною. Знаете туда-сюда, знаете, жалко человека. [3]

И шо я делаю? Я иду на кладбище. И у меня отец покойный Юры, свекор, мне снился. Я беру цветы, покупаю очень много цветов, беру такси, и с мужем поехали на кладбище. И пошла на кладбище и стала плакать, просить, что, пожалуйста, не приходите к маме, не мучьте ее, не трогайте ее. Она и так несчастная, больная. И что думаете? Они все поняли и перестали ходить, и она выздоровела. И она выздоровела, моя мать. Я это верю, есть Бог на свете, есть Бог. Бог на свете есть. (Тульчин ПФ - 2, ККМ).

Отметим, что, если второй из рассказанных сюжетов можно отнести, скорее, к первому типу снов - сон-недовольство, сон-просьба, - и тогда дальнейшее поведение информантки укладывается в рамки традиции, то в первом случае речь идет о появлении умершего, которое предвещает близкую смерть. После этого информантка идет на кладбище и несет цветы для того, чтобы «задобрить» покойников, - в сущности это та же модель поведения, что и в случае с нарушением погребально-поминального обряда (ср. обычай «отдать» что-либо «за покойного»).

Подчеркнем еще раз отличие тульчинской и балтской локальной традиции (которое демонстрирует и последний пример, записанный в Тульчине: информантка несет на кладбище цветы, а не еду). В Балте такой вид поминальной обрядности, как угощение булочками, хлебом и т. п., воспринимается как общий и для славян и для евреев, а в тульчинской традиции он воспринимается исключительно как славянский. Что касается сюжетов, связанных с имянаречением, то, по-видимому, они характерны именно для еврейской традиции этого региона. [4] Таким образом, перед нами две локальные традиции, в которых по-разному сочетаются специфические славянские и еврейские элементы.

Балта, Balta_054, БРС - зап. Бейнер Раисы Семеновны, 1937 г.р. Соб: Н. Евсеенко, А. Львов, А. Щептова.

Балта, Balta_062, ПРЗ - зап. от Пивник Ривы Зейликовны, 1918 г.р. Соб.: С. Амосова, М. Бруцкая, М. Крутиков.

Балта, Bal_06_069, МПГ - зап. от Мясковской (Шнайдерман) Полины Григорьевны, 1926 г.р. Соб.: С.Амосова, В.Дымшиц.

Балта, Balta_087_1, КРЯ - зап. от Коренблит Рони Яковлевны, 1924 г.р. Соб.: А. Щепетова.

Балта, Balta_089, ДАК - зап. от Дармороз Анны Константиновны, 1927 г.р. Соб.: Т. Величко, А. Страхова.

Балта, Bal_126, ЦКП, ЛФ - зап. от Цирцукова Клавдия Павловна 1953; Лебедева Фиония 1946 г.р.Соб.: С. Амосова, М. Бруцкая, С. Николаева

Тульчин ПФ - 2, ККМ - зап. от Кессельбренер Клары Михайловны. Соб. С. Степанищев, В. Чаплин.

Тульчин, ПФ - 18, ШРГ - зап. от Швейбыш Риты Гениховны 1936 г.р. Соб: В. Дымшиц, С. Амосова.

Тульчин, ПФ - 18, ШИП - зап. Швейбыш Исаак Пейсехович (ИШ) 1937 г.р. Соб.: В. Дымшиц, С. Амосова.

Хотин, ЗУМ - зап. от Медник Златы Ушеровны, 1932 г.р. Соб.: В. Дымшиц.

КА, Кречетово-96, БЕА - Каргопольский архив этнолингвистической экспедиции РГГУ, зап. от Елизаветы Александровны Березиной, 1937 г. р.

Белова 2005 -Белова О.В. Этнокультурные стереотипы в славянской народной традиции. М.: Индрик, 2005.

Кормина, Штырков 2001 - Кормина Ж.В., Штырков С.А. Мир живых и мир мертвых: способы контактов (два варианта северорусской традиции) // Восточнославянский этнолингвистический сборник: Исследования и материалы / Отв. ред. А.А. Плотникова. М: Индрик, 2001. С. 206 - 231.

Лурье, Черешня 2000 - Лурье М.Л., Черешня А.В. Крестьянские рассказы о сбывающихся снах // Традиция в фольклоре и литературе: Статьи, публикации и методические разработки преподавателей и учеников Академической гимназии Санкт-Петербургского государственного университета / Ред.-сост. М.Л. Лурье. СПб., 2000. С. 275 - 310.

Небжеговска 1994 - Небжеговска С. Сонник как жанр польского фольклора // Славяноведение. 1994. № 5.

Седакова 2004 - Седакова О.А. Поэтика обряда: Погребальная обрядность восточных и южных славян. М: Индрик, 2004.

Сны и видения 2002 - Сны и видения в русской культуре: Мифологический, религиозно-мистический и культурно-психологический аспекты / Сост. О.Б. Христофорова. М: РГГУ, 2002.

Толстой 1994 - Толстой Н.И. Славянские народные толкование снов и их мифологическая основа // Сон - семиотическое окно. М., 1994. С. 90 - 94.

Толстой 1995 - Толстой Н.И. Глаза и зрение покойников // Толстой Н.И. Язык и народная культура: Очерки по славянской мифологии и этнолингвистике. М : Индрик,1991. С. 185 - 205.

O'Nell, 1976 - O'Nell C.W. Dreams, culture, and the individual. San Francisco, 1976.

Приложение:

ШМ: Бывает, что что-то приснится: жена, мама, папа. Дак я, рассказывали тут друзья, говорят, надо что-то дать, булочки, конфеты, рубль, кому-нибудь надо дать.

Соб.: Что-то приснится?

ШМ: Что-то приснится, это всем. Я как-то шел туда наверх, педучилище и налево пошел, пошел здесь, а его было дерматин, брат с Крыма присылал дерматин, он здесь продавал, я ему помогал. Он мне дал бесплатно, двое дверей обить, дак я, не доходя его, вышла одна женщина молодая, с сумочкой, идет:

- О! Хорошо, я вас встретила.

- А что такое?

- А я стала отца и мать

(Мать была учительницей, хорошая женщина, а отец еще лучше, они русские, чисто русские.)

- пусть сегодня папы годовщина, мне сказали, увидишь первого мужчину дать печенье. Она пекла точно как еврейские,точно вот так, так. Вот так, так. Точно. Дала несколько штук.

Соб.: А вот я все-таки хотела к снам возвратиться. Вот я не совсем поняла, если кто-то приснился, то надо дать, это что-то на улице кого встретишь?

ШМ: Да.

(Балта, Balta_049b, зап. от Моисея Иосифовича Штейнгард. Соб.: А. Соколова, М. Хаккарайнен)

Соб. А если покойник снится и что-то просит, нужно что-то сделать?

ФФ: Да! Надо!

Соб. А что?

ФФ: Ну, попросил он у тебя что-то, ты купила булочку, дала за него.

Соб. Кому?

ФФ: Любому человеку, такому, который может помолиться за него. Вот нате, помолитеся за такого-то такого-то. Вот это дать, и не будет снится и ничего.

(Балта, Balta_070, зап. от Феодосьи Даниловны Федоровой, 1927 г.р. Соб.: С. Амосова, М. Бруцкая).

Соб.: А вот случается такое, что потом умершие снятся вот после похорон? Какие-нибудь близкие

ЕА: Бывает, бывает, шо снятся. Шо не так зробилы, та и, та и приснилася та и...

Соб.: А что можно не так сделать?

ЕА: А шо, шо хоте Шо ж може нэ так, мае, шо похоронылы и даже обиду нэ роблят - бывает, шо снятся.

Соб.: А что нужно делать, чтоб не снились?

ЕА: Даваты.

Соб.: «Даваты»?

ЕА: То шо вин та и трэба, дати кусок хлиба, присниўся. Шо-нибудь чи пряник, чи конфэт, шо-нибудь, шоб вин бильши нэ сниўся.

Соб.: А кому дать?

ЕА: Кому хто нравится.

Соб.: В смысле людям на улице?

ЕА: Да, да.

Соб.: И не будет сниться?

ЕА: Нет.

Соб.: Не будет сниться. А если что-то ему не то дали, то что?

ЕА: Нэ, я считаю, онэ ну, шо дашь

Соб.: Да? То есть надо отдать кому-то, или что?

ЕА: Да, да. Да. Ну, вот и, вот, присниться минэ, так иной раз дити, мама или хто там Вот пишла там, купила пряник чи булочку та и дала. Сказала, за нэго.

(Балта, Balta_088, зап. от Елены Афанасьевны, 1936 г.р. соб.: Т. Величко, А. Страхова)

Соб.: А кому раздать?

ЕХ: Ну, бедному кому-нибудь, вот такому. Конечно, не женщинам - мужчине, потому что он мужчина.

Соб.: А если женщина снилась?

ЕХ: Женщине надо дать.

Соб.: Тогда женщинам надо раздавать?

ЕХ: Да.

Соб.: А вот там старый - молодой - не важно?

ЕХ: Нет, это не имеет значения.

[рассказывает про то, как ей приснился брат]

ЕХ: Вот он курил очень много, я сигарет за него отдала. Вот. Ну, конечно, любил еще выпить, я за него водку давала. Ну а что ж?

[рассказывает про болезнь брата]

Соб. 3: А вот, когда Вы отдавали, Вы сказали, что-нибудь? Это надо сказать?

Инф.: Да. Надо сказать. Я сказала: «За покойного брата Сашу».

Соб. 1: А то есть это надо сказать?

Инф.: Да, за кого.

(Балта, Balta_074, зап. от Евгении Михайловны Хотенко. Соб. М. Каспина, С. Пахомова)

Соб.: А Вас в честь кого назвали?

РЯ: Вот. Так и она [тетя информантки] Уже мама вышла замуж - так она приснилася моей маме и говорит: «Сима, тебе сейчас легче будет. Ты будешь родить дочку». Вот. «Я хочу, чтоб мое имя было у тебя, - вот, а она умерла, вот,- назови меня Моём именем». Вот. Так она назвала, поэтому я Так папа мой не хотел, он говорил: «Рая, Рая, Рая». А вообще-то в паспорте я же написана Роня

(Балта, Balta_087_1, зап. от Рони (Раисы) Яковлевны Коренблит Соб.: А. Щепетова)

Соб. А вообще считается, если снится - это хорошо?

РБ: нет, это не хорошо, не хорошо. У меня было много очень переживаний, что у меня мать умерла в 88-м году. Вот. Она умерла в больнице, вскрытие не делали, у евреев по закону нельзя резать умерших. Вы это знаете? Да? Вот. Ну, в общем, короче говоря, похоронили красиво. Все похоронили, вот, и потом, наверное, лет 5 потом она снилась, почти каждую ночь, я думала, сойду с ума. Не просто снилась, а в полном смысле слова, она с меня куски рвала. Это, это не то, где-то кто-то что-то. Это я за себя говорю. Она приходила, она обижалась, она что-то говорила, она была что-то чем-то не довольна. Она, я, что я, как говорили, надо кому-то что-то дать. Я раздавала, сестра в Тирасполе в синагоге, она тоже была в курсе всех этих дел, в синагоге тоже делали, и там в синагоге угощали, значит, прошло много времени, пока все утихомирилось, пока все утихомирилось.

Соб. давать надо, просто угощать людей или?

РБ: Вы когда угощаете или даете, надо сказать, за кого вы даете: вот это за мою маму. Вспомните маму, и назвать фамилию, имя, отчество.

Соб. еврейское называть?

РБ: ну, положено еврейское называть, но если даете еврею, то еврейское называете. А если нет, не хотят, чтобы ухмылялись, так называют, которое входу имел.

(Балта, Balta_054 зап. от Раисы Семеновны Бейнер, 1937 г.р. Соб: Н. Евсеенко, А. Львов, А. Щептова)

ПР: И так мы не знаем, где он похоронен. И мы не знаем, его в Тирасполь увезли и там его расстреляли Мы не знаем где, я на Сахалине, когда я там жила. Мне снился мой отец, он мне сказал, где он находится. Вы понимаете. Мы жили в гостинице. У нас полстены в доме обвалилось, так мы в гостинице с мужем жили, и кровать стояла, вот так кровать стояла лицом к окну, говорят, смотрит в окно: забывается сон. И я проснулась, от этого сна, что мне папа говорит, где он находится. И говорю мужу: «Миша, знаешь, мой папа мне снился, и он мне сказал, где он находится». И где же? Да, я не помню!

Соб. А он с Вами говорил по-русски или по-еврейски?

ПР: По-еврейски.

Соб. А что он сказал?

ПР: Да я, в том-то и дело, что я не помню.

Соб. А какие слова он говорил?

ПР: Вот это я забыла и по сегодняшний день не могу вспомнить, в каком он городе находится.

Соб. И это было, когда он умер?

ПР: Нет, и это, я ж не знала, что он умер.

Соб. Вы не знали?

ПР: Нет. Я же еще не была здесь. Он именно город назвал.

Соб. А как он был одет, что-то помните?

ПР: Я уже не помню.

(Балта, Balta_062, зап. от Ривы Зеликовны Пивник, 1918 г.р. Соб.: С. Амосова, М. Бруцкая, М. Крутиков).

Соб. вот бывает как-то, что во сне сниться человек, который уже умер?

ЛМ: часто бывает сняться.

Соб. А что нужно делать, чтобы этого не было?

ЛМ: не знаю, не знаю. Знаю, что если они сняться - это перемена погоды. Особенно, если мертвые сняться, обычно. Я вам расскажу один случай про сон. Моей мамы нема уже тридцать восемь лет. Ну, а я была беременная с третьим ребенком, ну было мне месяцев пять, как я была беременная, и сниться мне она, она пришла ко мне на работу и принесла бутылку манной каши. Я ей говорю: «Как ты мне принесла? Как ты могла прийти? Ты же мертвая?» Она говорит: «Нет». А я выхожу с ребенком на руках, с маленьким. И она говорит: «Иди, иди». Я говорю: «Ну как? Ты же мертвая?» Она говорит: «Нет, я живая». Через три дня я потеряла ребенка. Потеряла ребенка. Она его, мы его похоронили около мамы. Видите какой сон, бывает сны исполняются. Это такой сон, который исполнился. Особенно хорошо, когда сняться мертвые, которые тебе приносят, дают тебе - это к добру, это хорошо. А если приходит и зовет, и тянет тебя - вот это не хорошо. А вот если приходят, заботятся с того света о тебе. Вот такие сны бывают.

Соб. А мама во сне говорила на каком языке с Вами?

ЛМ: на еврейском.

Соб. на еврейском?

ЛМ: Gei tzi der boben [5]

Соб. Ага! А можете рассказать на еврейском?

ЛМ: не могу ее рассказать, я бы ее рассказала, мне не получается. Я знаю, Gey tsi der buben. А я ей говорю: «ну как ты? Zuj kenstu kimen, az di bist shoyn geshtorbn». А она мне: «Ney, ди geshtorbn. Ибе ikh leyb, ikh zol geyn tsi der bube [6]». Вот такое у меня было. Так бабушке, так она забрала его к себе. Вот такое вот было.

Соб. А вот если покойники приходят и что-то просят?

ЛМ: Да, это надо дать кому-то что-то.

Соб. А кому надо дать?

ЛМ: ну любому надо дать, если она просит. Вот, например, мой муж приснился, просил папиросы: «Принеси мне папиросы». Я пришла, соседу купила пачку папирос и говорю: «Покурите за моего деда». Если он просит что-то, надо обязательно за мертвого дать.

Соб. А если какую-то свою вещь просит?

ЛМ: Такое я не знаю, такое не знаю, такое не снялась.

(Балта, Balta_052, зап. от Лизы Львовны Мильчинко, 1935 г.р. Соб.: М. Каспина, С. Пахомова).

Соб. 2: А не рассказывали такое, что, может быть, во сне кто-то являлся? Покойники, например?

Инф.: Мине лично появлялись.

Соб. 2: И что?

Инф.: Ну, что, вот мой брат умер пятого октября И он несколько раз

&hulem. Er geyt tsi mir& gelt &gelt&он промолчал, farshvimt& нема gelt,& gelt, geshtelt a памятник, er hot mir gegebn и похорон gemakht& И всё он исчез. Апотом еще разhot gemakht a hulemt, gib a kik& azoy bistu gekimen& keyner zol nit zeyn. Aroysgekrokhn funem grib& keyner zol nit zeyn.

Aroysgekrokhn funem grib - вылез. Un & gegungen, keyner zol nit zeyn [7]

прошел, чтоб никто не видел.

Соб. 1: Ага. И он как бы сказал, зачем он к Вам пришел?

Инф.: Ни за чем не сказал, только посидел и исчез. Ну почему, я вам скажу. Он мине приснился, я посмотрела, как будто бы в его комнате. Он говорит: «Я пришел домой».

Kh'hob gekimen aheym&tsu &dortn& bistu ibergegongen. Я значит дверь закрываю. Gekrokhn funem grib, keyner zol nisht zeyn. Он вылез, чтобы никто не видел [8]

Он два раза мне снился такое.

Соб. 1: А что делать нужно, если снится?

Инф.: Видите, если он просит что-то - надо раздать людям.

Соб. 2: Любым просто?

Инф.: Любым.

Соб. 1: Ага.

Инф.: Но, смотря, что он просит. Вот. Моя мама покойная мне раз снилась. Извините, я вам перебью. Моя мама, он не работал тогда, мой брат. Снится моя мама мне говорит:

- У тебя есть мелочи?

Я говорю:

- Зачем тебе надо?

Мол, дать Саше. А я недолго думая говорю:

- Ты за него беспокоишься, а за меня не беспокоишься? Почему, - я говорю, - он не работал? Почему?

Она говорит:

- Ну, у тебя же есть, а у него нету.

А мине старые люди тоже сказали, шо пошли ее на три буквы. Да. Так она исчезнет. Но она не исчезла. Она мине говорит: «Ты мине посылаешь?» Я говорю: «Да!». И с тех пор она мине перестала сниться.

Соб. 1: А Вы с ней по-русски во сне разговаривали или по-еврейски?

Инф.: По-русски она говорила.

Соб. 1: По-русски, да?

Инф.: Да.

Соб. 1: А так Вы с ней обычно общались, когда она жива была?

Инф.: Ну, она говорила по-еврейски, конечно. Вот. У нее же отец и мать были евреи.

Соб. 1: А вот во сне она с Вами по-русски говорила?

Инф.: Да.

Соб. 1: А брат?

Инф.: Тоже.

Соб. 1: По-русски?!

Инф.: Тоже. Брат вообще не умел говорить по-еврейски. Брат вообще не умел говорить. Вот я его спросила, я говорю: «Как ты выглядишь?». А он говорит: «Я прошел так, чтоб никто не видел». Ну, между прочим, он, когда умирал, так было уже такое состояние у него. У него жена тоже умерла. А он мне говорит:

- Женя!

Я говорю:

- Что?

Он говорит:

- Ты говорила: «С гроба не вылазят».

Я говорю:

- В гроб ложат, а не вылазят.

Я ему так ответила. Да. Он говорит:

- А как же Надя вылезла?

Это он жену видел. А я говорю:

- Где ты видел Надю?

- Вон только что около меня была.

Потом он мне еще сказал. Я знала, что он видел, что он умирает, поэтому. Потом он мне говорит:

- Сними покойника.

Я говорю:

- Где ты видишь покойника?

- А вот у меня тут. Ты что, не видишь, на мне лежит покойник.

Поэтому он уже видел и покойников, и видел всех. В гроб, говорит, ты говорила, что не вылазят. Я говорю: «В гроб ложат, а не вылазят». А как же Надя, мол, вылезла? Поэтому он потом мне просился, что я приеду. Я говорю: «Как ты вылезешь?» А он: «Я пришел так, чтобы никто не видел».

Соб. 1: А вот еще не было таких людей, которые бы разбирались в этом, могли посоветовать, знали вот, что рассказать.

Инф.: В чем?

Соб. 1: Вот если такие сны снятся или вот там нечистая сила?

Инф.: Ну сказали, что, если что он это вот, нечистая сила, так это лук отдать человеку.

Соб. 1: Лук?

Инф.: Лук. Больше И там то, что он любил, допустим. Так за него раздать.

Соб. 1: А кому раздать?

Инф.: Ну, бедному кому-нибудь, вот такому. Конечно, не женщинам - мужчине, потому что он мужчина.

Соб. 2: А если женщина снилась?

Инф.: Женщине надо дать.

Соб. 2: Тогда женщинам надо раздавать.

Инф.: Да.

Соб. 1: А вот там старый-молодой - не важно?

Инф.: Нет, это не имеет значения.

Соб. 1: А вот были такие еврейские бабушки, которые бы могли подсказать такие

Инф.: Щас нема таких.

Соб. 1: А раньше?

Инф.: Были.

Соб. 1: Были? А как-нибудь их называли, что-то про них рассказывали?

Инф.: За кого? За бабушек?

Соб. 1: Да.

Инф.: Шо они могли сказать, я вам сейчас скажу, что они говорили. Они сказали, что дэ эльтер мэнч зани зэ на идише Ну, как сказать, ученым, эти вот, богомольным, знают старые обычаи. Вот. И они советовали, что делать. Это ж мне сказали, что, вот, дать лук и то, что он любил.

Соб. 1: А это еврейские бабушки, которые так сказали, или украинские?

Инф.: Да. Еврейские.

Соб. 1: Еврейские, да?

Инф.: Вот он курил очень много, я сигарет за него отдала. Вот. Ну, конечно, любил еще выпить, я за него водку давала. Ну а что ж?

<рассказывает про болезнь брата>

Соб. 3: А вот, когда Вы отдавали, Вы сказали, что-нибудь? Это надо сказать?

Инф.: Да. Надо сказать. Я сказала: «За покойного брата Сашу».

Соб. 1: А то есть это надо сказать?

Инф.: Да, за кого.
(Балта, Balta_074, зап. от Евгении Михайловны Хотенко. Соб. М. Каспина, С. Пахомова)

1 В данном случае русские информанты упоминают о поминальном обеде, который устроила еврейская коллега одной из рассказчиц после похорон своего мужа. Причем то же они повторили в ответ на уточняющий вопрос собирателя про поминальный обед:

КЦ: И она все, обед она сделала, все, ну, все похоронила так, как по еврейским законам было нужно.

Соб.: И обед по еврейским законам сделала?

КЦ: По-моему, тоже.

ЛФ: Ну а как же? Конечно, ну обряды ж свои каждого! (Балта, Bal_126, ЦКП, ЛФ)

Впрочем, в большинстве случаев славянские информанты, подчеркивая разницу в поминальных практиках евреев и славян, говорят о том, что у евреев не принято устраивать поминки (Белова 2005, с. 202).

2 Более подробно практика имянаречения в еврейской традиции рассматривались нами в докладе на семинаре «Советский и постсоветский штетл (по материалам экспедиций 2004-2005 гг.)». Дело в том, что чрезвычайно сложный комплекс представлений об имянаречении в еврейской традиции связан с похоронной обрядностью: загробная участь покойного определяется после того, как его именем назовут новорожденного (и именно в этот момент падают черепки, которые на глаза покойного кладут во время похорон, и он «начинает видеть»). Отметим, что мотив зрения и слепоты покойников в связи с их загробным существованием подробно рассматривался на славянском материале Н. И. Толстым, выводы которого во многом справедливы и для еврейской традиции (Толстой 1995)).

3 В этой части рассказа остается неясным, идет ли речь о умершем, который снится матери информантки и с которым она разговаривает во сне, или о ходячем покойнике (ср. следующую фразу в интервью: «И она с ним разговаривает ночью - значит, он к ней ходит».

4 Основания для такого вывода дает наш материал, записанный в разных городах Подолии. Впрочем, возможно, при дальнейшем исследовании это утверждение окажется справедливым и для других регионов.

5 Большое спасибо за помощь в транскрибировании интервью на идише и их переводе на русский Ольге Габе.

6 Как ты можешь прийти, если ты уже умерла? - Нет, я не умерла, я живу и мне надо идти к бабушке.

7 Во сне. Он подходит ко мне, деньги, деньги нет, денег, деньги поставил памятник, он мне дал и устроили пхороны. А потом еще раз приснился,взглянул, так ты пришел, никто не должен видеть. Вылез из могилы, никто не может видеть. Не поняла? - Нет, вот в начале. Вылез из могилы - вылез. И прошел, никто не должен видеть.

8 Я пришел домой, чтобы сюда ты прошел. Я, значит, дверь закрываю. Вылез из могилы, никто не должен видеть. Он вылез, чтобы никто не видел.
Авторы: С.Н. Амосова, С.В. Николаева

Дальше >>>



загрузка...


Молитвы и заговоры